Милан — первый день рождения по бурятским обычаям
Милан — первый день рождения по бурятским обычаям

В этой статье мы расскажем, как было принято отмечать первый день рождения в старину у бурят.

Первый год жизни считался самым трудным для ребенка. Раньше малыши умирали очень часто, не доживая и до года. Поэтому буряты очень трепетно относились к младенцам.

Было принято вывешивать кнут как оберег от злых сил у порога юрты или дома. Кнут у двери означал, что вход в жилище для чужих людей нежелателен или даже запрещен. Если же была крайняя необходимость,  посторонний человек должен был взять с собой охапку дров и зайти в дом, словно он член этой семьи.

В праздничный день созывались только самые близкие – родные со стороны отца и матери. Готовилась праздничная еда – суп и белая пища: творог, арса, сметана, сливочное масло. В честь мальчика было принято забивать барана, в честь девочки овцу.

Гости говорили хвалебные речи малышу, родителям. Возвеличивали свой род, вспоминали предков, их доблесть и смелость. Обязательно упоминали, что род их множится и растет и молодым есть на кого равняться.

Празднование первого дня рождения имел еще один важный смысл. Малыша представляли роду, и он становился его частью, его полноценным членом, вступал под его защиту.

Конечно, гости приходили не с пустыми руками. Тогда не дарили денег и золота. Было принято дарить малышу скот. 5 традиционных видов скота: лошадь, корова, овца, коза, верблюд. Все они тоже были несколько месяцев от роду – жеребенок, теленок, ягненок, козленок и верблюжонок. Они должны были расти все вместе и как бы стать в будущем основой для благополучия ребенка.

Также было принято состригать волосы ребенку налысо. Считалось, что у ребенка после стрижки вырастут более густые и сильные волосы и вообще малыш вырастет умным. Тогда не было электробритв и малышу соскабливали волосы ножом, начиная от висков, к макушке и завершая на затылке.

Выбритые волосы не  выбрасывали. Их бережно собирали в шелковые мешочки. Затем их засовывали снаружи в каждом углу дома, амбара, стойла. Считалось, что очень хорошо, если используя волосы, птицы совьют себе гнездо.

Достижение ребенком года означало, что он преодолел огромные препятствия, трудности, невзгоды в жизни и дальше его жизнь потечет уже намного легче.

Сейчас первый день рождения малыша отмечают иначе. Созывают много гостей иногда до 200 человек — родных, близких, коллег, друзей. Имениннику дарят деньги, игрушки, золото.

Но, по-прежнему, самое главное в этот день, чтобы он стал настоящим праздником для всей вашей семьи и запомнился вам надолго.

Когда-то в городе Багдаде царствовал халиф Гарун-аль-Рашид. У халифа Гарун-аль-Рашида была привычка гулять переодетым и выведывать, что происходит в его столице. Однажды ночью переоделся он дервишем и пошел по глухой улице. Вдруг из дома какого-то бедняка донеслись до него звуки музыки и пение. Остановился он, подумал-подумал и из любопытства вошёл в дом. Вошёл и видит: пустая комната, голые стены. Перед огнём, на разостланном коврике, сидят за скудным ужином хозяин и музыканты. Все они играют, поют и веселятся.

— Мир вам, о весёлые люди! — кланяется дервиш хозяину дома.

— Добро пожаловать, дервиш-баба, милости просим откушать посланный богом хлеб и повеселиться вместе с нами, — приглашает хозяин дома.

Усаживают дервиша рядом и продолжают свой пир.

Поздно ночью хозяин расплачивается с музыкантами, и они уходят.

Когда они уходят, дервиш спрашивает хозяина:

— Как зовут тебя, приятель?

— Гасан.

— Не обижайся, если я спрошу, братец Гасан: чем ты занимаешься, сколько денег зарабатываешь, что проводишь время за пиром?

— Для пира не надо много денег, дервиш-баба, — отвечает хозяин. — Человек может весело жить и на самый маленький заработок. Я сапожник, чиню чусты и зарабатываю в день совсем немного. Вечером половину денег я трачу на еду, а на другую половину нанимаю муз

— Пусть будет безмерной твоя радость, о Гасан, но если вдруг исчезнет этот маленький заработок, что ты тогда будешь делать?

— Почему он исчезнет, дервиш-баба?

— А вдруг халифу вздумается приказать, чтоб не было больше сапожников?

— Да что ты! Разве халифу больше делать нечего? Да чем провинились сапожники перед халифом? А если такое случится, тогда и подумаем. А теперь давай спать, дервиш-баба. Бог милостив, у пирующего всегда будет пир! Такое уж это дело — как примешься за него,

— Ладно. Дай бог, чтоб было так, — сказал. дервиш, и они легли спать.

Рано утром дервиш уходит. Вскоре после его ухода придворные глашатаи заполняют улицы и площади Багдада и объявляют: халиф повелевает всем сапожникам закрыть свои лавки. С этого дня никто не смеет заниматься сапожным ремеслом, а кто нарушит приказ — тому голову долой.

И у бедного Гасана вырывают из рук шило, ударами по затылку выгоняют из тесной лавчонки и запирают дверь.

В следующую ночь Гарун-аль-Рашид, опять переодетый дервишем, идёт бродить по городу. Снова проходит по улице, на которой живёт весёлый Гасан, и снова слышит звуки музыки и пение из его дома. Входит он.

— А-а! Добро пожаловать, дервиш-баба, милости просим, садись.

Садятся, едят, пьют, играют, поют и веселятся до полуночи.

В полночь музыканты получают свою плату и уходят. Остаются хозяин и гость.

— Знаешь, что случилось, дервиш-баба?

— А что случилось?

— Как раз то, что ты предсказал вчера вечером. Сегодня халиф издал приказ запретить сапожникам работать.

— Что ты говоришь! — удивляется гость. — Но откуда же ты взял деньги, что сегодня вечером снова устроил пир?

— Нашёл глиняный кувшин и теперь продаю воду. Из того, что заработал за день, половину истратил на еду, а остальное дал музыкантам и снова пирую.

— Ну, а если халиф и воду продавать запретит, что тогда будешь делать?

— А какой убыток приносим мы халифу? Почему он должен запретить? И зачем мне сейчас об этом горевать! Когда запретит, тогда и подумаю. Не бойся, приятель, всегда найдётся кусок хлеба и уголок, где можно веселиться.

— Пусть будет вечным веселье у твоего очага, о Гасан!

Рано утром весь Багдад содрогнулся от крика придворных глашатаев. Объявляли они, что халиф Гарун-аль-Рашид так приказывает: "Вода есть дар божий, и с этого дня никто не смеет продавать её за деньги. Разорвать у всех торговцев бурдюки с водой и перебить кувшины!"

И у бедного Гасана, когда он пошёл за водой, тоже разбили кувшин. И возвратился Гасан ни с чем.

На следующую ночь халиф опять переодевается дервишем и идёт бродить по городу. Опять приближается к дому весёлого Гасана — и снова веселье, звуки музыки, песни. Входит он.

— А-а! Дервиш-баба, добро пожаловать, милости просим, садись, будем пировать. День продолжим, вечер скоротаем. Повеселимся, дервиш-баба! Лучше веселиться, чем грустить.

— Конечно, веселье куда лучше. Смерти никому не миновать, а поэтому кто может — пусть веселится! — восклицает дервиш и садится рядом с Гасаном

Поделиться —

Проект “Байкальские сказки” создан в 2015 году для детей и их родителей, которые любят и читают сказки!

При копировании материалов ссылка на источник обязательна.

Мобильная версия

Яндекс.Метрика